Аддиктология. Наркология. Алкоголизм. Зависимости.

Стресс, копинг, социальная поддержка — компоненты адаптации человека к требованиям социума

Авторы: Н.А.Сирота, В.М. Ялтонский

Первая часть работы посвящена трансакциональной теории стресса и копинга и исследованиям зарубежных авторов в области копинг-поведения.

Трансакциональная теория стресса и копинга

Один из ведущих современных исследователей копинг-поведения Рудольф Мусс отмечал: «… многие люди замечательно устойчивы и даже процветают перед лицом напасти. Они действуют, смотря в лицо опасности, преодолевают большинство жизненных кризисов и ведут продуктивную жизнь. Как это может быть? Ответ на этот вопрос является достойной наградой, чтобы за ней гнаться».

Исторические попытки ответа на этот вопрос возникли тогда, когда возникло понятие о здоровье и болезни. Медицина девятнадцатого века находилась под большим влиянием взглядов Клода Бернара на болезнь как на попытку восстановить гомеостаз, которая переходила в другую разновидность жизнедеятельности, нарушающую гомеостаз в итоге. Вслед за Клодом Бернаром Иван Михайлович Сеченов доказал, что способность организма к адаптации регулируется нервной системой посредством изменений в головном мозге человека. Однако только во второй половине двадцатого века появление теорий и концепций психологического поля, системного подхода, социального научения, локуса контроля и т.д. создало теоретическую базу для развития широкого когнитивного движения в психологии, в недрах которого родились первые работы по копинг-поведению Джениса, Арнольда Лазаруса, Рудольфа Мусса. Попытки этих исследователей определить, почему под влиянием психологических стрессоров в одних и тех же условиях среды одни люди заболевают, а другие – нет, привели их к двум следующим выводам. Во-первых, в промежутке между стрессором и ответом организма и личности на стрессовые ситуации лежат процессы совладания со стрессом, обусловленные опытом личности. Эти процессы были названы копинг-процессами. Во-вторых, исследование ответа на вопрос, «каким путем люди совладают со стрессорами» даже более важно для общества, его морали, социального функционирования человека и его соматического здоровья, чем изучение природы и причин стрессоров, частоты их воздействия.

Разрабатываемый с 1966 года в Калифорнийском университете (Беркли) Ричардом Лазарусом и его научной группой оригинальный когнитивный подход привел к тому, что из скромной сноски, приложения к теории стресса, которую сделал в одной из своих последних работ Ганс Селье, концепция копинга выросла и заняла центральное место в современной теоретической модели стресса и эмоций.

Трансакциональная теория стресса и копинга Р. Лазаруса рассматривает эмоциональный стресс и копинг как две стороны одной монеты, а стресс как особую связь между личностью и средой. Стресс, испытываемый человеком, регулируется как его личностью, так и средой, в которой он функционирует. Он оценивается личностью как испытывающий или превышающий ее ресурсы, угрожающий ее благополучию. Индивидуум рассматривается как активный организатор опыта и активный ответчик на требования среды, а поведение индивида является результатом взаимодействия (трансакций) между человеком и средой. Трансакции происходят тогда, когда стрессор и личность воздействуют обоюдно один на другого. Стресс оказывает как повреждающее, ухудшающее воздействие на здоровье, так и способствующее укреплению здоровья, усовершенствованию реагирования, адаптации, развитию более совершенных и эффективных форм поведения. Результат определяется различными формами преодоления стресса. Иными словами – разними вариантами копинг-поведения.

Итак, поведение человека является результатом связей, трансакций между ним и средой. Нам необходим язык связи, с помощью которого две основные системы – личность и среда, соединяются и рассматриваются на новой ступени анализа.

Два основных конструкта являются центральными в подходе Р. Лазаруса — когнитивная оценка и копинг.

Когнитивная оценка

Процессы когнитивной оценки являются центральными для поведения людей в стрессовых ситуациях. Люди постоянно оценивают, что с ними происходит с точки зрения влияния происходящих событий на их благополучие. Посредством оценки определяется, совладать ли и каким способом с требованиями социальной среды, вытекающими из этой оценки. От оценки зависит также качество и интенсивность переживаемых нами эмоций. Важно различать два вида когнитивной активности, которые воздействуют на эмоциональный процесс. Информационная активность связана с тем, что мы знаем, и что мы думаем о мире, о том, как он функционирует, и что он значит для нас. В социальной психологии данный процесс называется атрибуцией. Оценочная активность связана с выбором из всей информации той, которая является важной для благополучия индивида. Она возникает из предпосылки «Что это значит для меня»? Необходимо делать различия между двумя видами оценки – первичной и вторичной, так как они имеют разные функции и имеют дело с разными источниками информации.

Первичная оценка связана с мотивацией. На сколько важно для меня то, что происходит? Если первичная оценка стрессового события включается индивидуумом, то это значит, что стрессовое влияние начинает осознаваться. Возникает вопрос: «У меня все в порядке или у меня неприятности, проблемы, беда»? Предполагается три возможных варианта ответа.

  1. Ситуация рассматривается как существенно не значимая для личности и не имеет последствий, касающихся эмоций, решений, поведения и благополучия.
  2. Ситуация рассматривается как позитивная. В этом случае возникают позитивные эмоции, и чувство благополучия усиливается.
  3. Ситуация рассматривается как стрессовая. Стрессовая ситуация может оцениваться как: ущерб (вред), угроза, отражающая предвкушаемый ущерб (вред), вызов, обращенный к потенциальным ресурсам личности.

Та или иная оценка стрессовой ситуации будет определять, какие эмоции будут переживаться. Тревога является переживанием, возникающим тогда, когда личность расценивает ситуацию как стрессовую или угрожающую. Когнитивная оценка основывается на степени воспринимаемой угрозы, виде стрессора, психологических особенностях индивида.

Эмоциональный и мотивационный опыт личности дает начало действию. Это происходит в процессе вторичной оценки, которая приводит к вопросу: «Что я могу сделать в данной ситуации»? Вторичная оценка может считаться основой для копинга, как оценка усилий, ориентированных на действие или интрапсихическое управление внешними и внутренними требованиями, конфликтами, запросами, которые подвергают испытанию или превосходят ресурсы личности. Вторичная оценка является дополнением первичной, определяет, какими методами мы можем влиять на негативные события, их исходы и процесс выбора механизма и процессов преодоления стресса.

Копинг

Копинг рассматривается как попытки преодоления состояния ущерба, угрозы или вызова, когда обычные или автоматические ответы трудно достижимы, а требования среды должны быть встречены новыми поведенческими решениями, или старые поведенческие решения должны быть приспособлены к встрече с возникшими стрессорами. С позиций когнитивно-поведенческого подхода стресс рассматривается как когнитивная деятельность, включающая оценку предстоящей угрозы (первичная оценка) и оценку последствий совладающего действия (вторичная оценка). Исходя из этого, копинг-процесс определяется как когнитивное использование первичной и вторичной оценок происходящего, а копинг-стратегии – как актуальные ответы на воспринимаемую угрозу.

Копинг-поведение организуется когнитивными процессами, которые ведут к определенному эмоциональному ответу. Оно может выбираться с различными целями. Например, социализация является копинг-поведением, направленным на борьбу с физической изоляцией, причиной которой может быть распад социальной группы (например, семьи или группы друзей) или депрессия, одиночество. Посещение вечеринки, например, как средство устранения физической изоляции, одновременно позволяет повысить сниженное настроение.

Р. Лазарус и С. Фолькман выделяют две основные функции копинга. Функция, направленная на разрушение стрессовой связи личности и среды, названа сфокусированной на проблеме. Функция копинга, направленная на управление эмоциональным дистрессом, названа сфокусированной на эмоциях. Мы используем обе эти функции фактически во время любого совладания со стрессовой ситуацией. Это подтверждает неадекватность упрощенной концептуализации копинга, как только психологической защиты или только как проблемно-разрешающего или нацеленного на решение проблемы действия. Стресс может переживаться когнитивно, эмоционально и проявляться в поведении, но обычно существуют многочисленные, неповторимые комбинации всех этих трех компонентов. Поэтому при оценке копинга должны определяться обе его функции. Пропорциональное представительство каждой из этих функций меняется в зависимости от того, как стрессовые ситуации оценены. Копинг, нацеленный на эмоции, определяется как когнитивные, эмоциональные или поведенческие усилия, с помощью которых индивид пытается редуцировать эмоциональное напряжение, эмоциональный компонент дистресса. Усилия, с помощью которых индивид пытается устранить угрозу (влияние стрессора), определяется как копинг, нацеленный на проблему. Его действие направлено на действительное изменение ситуации. Эффективный копинг приводит к желаемому результату, который подкрепляется чувством компетентности и поощряет будущие копинг-попытки. Неэффективный копинг часто вызывает дополнительный стресс, приводит к чувству неудовлетворенности.

По мнению Р. Лазаруса и С. Фолькман, линейная модель (стимул – ответ) является неадекватной для изучения влияния стрессоров на здоровье и поведение человека. Стресс – это сложная система взаимодействия ряда переменных, поэтому не всегда стрессоры одинаково значимы для индивида.

Стрессоры подразделяются на центральные, затрагивающие жизненно важные и субъективно значимые цели, ценности, интересы и периферические, мало значимые и поэтому не оказывающие особого влияния на здоровье. Для долговременных эффектов значимы лишь центральные стрессоры. Эмоциональный дистресс и психопатологическая, но не соматическая симптоматика связаны с центральностью стрессора. Психосоматические нарушения часто связываются не только с центральными, но и с периферическими стрессорами, оказывающими длительное повседневное влияние на человека.

Попытки объяснить копинг-поведение помимо когнитивной психологической школы предпринимаются и представителями других теоретических направлений. К традиционному психоанализу концепция копинга не имеет прямого отношения, хотя связанная с копингом идея защитных механизмов представляется очень важной. Эти механизмы могут иметь как патологическую, так и адаптивную функцию. Согласно трактовке З. Фрейда эти процессы служат разрешению конфликта между импульсами личности и принуждением внешней среды. Их функция – редуцировать эмоциональное напряжение, давая личности возможность выразить сексуальные или агрессивные импульсы опосредовано. Эго-процессы являются когнитивными механизмами, хотя в случае действия защитных механизмов они могут иметь поведенческое выражение. В этом случае реализуется психологическая защита – субъективное искажение реальности с целью редукции эмоционального напряжения.

Представители неопсихоаналитического направления четко определяют различия между копингом и психологической защитой. Согласно Н. Хаан, копинг и психологическая защита основываются на одинаковых, тождественных эго-процессах, но отличаются полярностью направленности на продуктивную адаптацию и слабую адаптацию. Копинг-процессы берут начало с восприятия вызова. Восприятие вызова запускает когнитивные, ценностные и мотивационные структуры, действие которых является основным для адекватного ответа. Когда происходит ситуация, в которой личность сталкивается с новыми требованиями социальной среды, для которых существующих ответ не является подходящим, возникает копинг-процесс. Таким образом, с точки зрения Н. Хаан, копинг-процесс – это поиск и осуществление адаптивного ответа личности на стрессогенные требования социальной среды с учетом существующего опыта, но новых обстоятельств. Защитные механизмы с точки зрения традиционного психоанализа позволяют устранить психическую травму или редуцировать эмоциональное напряжение за счет искажения действительности. Однако Н. Хаан пришла к выводу, что существует группа защитных механизмов, позволяющих преодолеть проблемную ситуацию без искажения действительности и отказа от реальности. Классические же защитные механизмы она характеризует как ригидные, эмоционально неадекватные и не соответствующие реальности процессы.

Теория жизненного цикла, основанная на работах Э. Эриксона, описывает 8 стадий жизни, каждая из которых является новым кризисом или вызовом, который должен быть преодолен успешно для того, чтобы личность адаптировалась адекватно к следующей стадией развития (адекватно совладала с ней). Копинг-ресурсы личности, накапливаемые в течение подросткового периода, воздействуя на Я-концепцию, влияют на процесс совладания со стрессом в зрелом и пожилом возрасте. Эта теория предполагает, что адекватное разрешение кризиса, которое происходит на каждой точке жизненного цикла, приводит к накоплению ресурсов (копинг-ресурсов или ресурсов совладания с точки зрения копинг-концепции), которые смогут помочь разрешить последующие кризисы.

Успешное столкновение со средовыми стрессорами формирует чувство самодостаточности. Это чувство А. Бандура более четко называет самоэффективностью. Является очевидным, что оно возникает тогда, когда стресс, возникший в результате новых требований, предъявляемых социальной средой успешно преодолен. Именно самоэффективность позволяет человеку успешно накапливать опыт преодоления стресса и совершенствовать, развивать свои адаптационные возможности. Копинг-ресурсы могут влиять как на оценку потенциальной стрессовой ситуации, так и на выбор копинг-ответа для управления этой ситуацией. Например, чувство компетентности может приводить личность к восприятию потенциального стрессора как менее угрожающего и выбирать реальный копинг-ответ для достижения успешного исхода. Копинг-ресурсы могут помогать людям предвосхищать и совершать действия, способствующие избеганию предполагаемых стрессоров.

Биокибернетическая модель копинга, предложенная С. Шенпфлюгом и коллегами, основана на понимании изменчивости среди и личности. В логике рассуждений об изменчивости среды и личности очевидно, что между ними происходят процессы взаимовлияния. То есть требования среды выражено влияют на личность, и в то же время характер реагирования личности на требования среды влияет на нее. Согласно этой концепции, в результате такого взаимовлияния старые процессы регуляции перепрограммируются, и начинается развитие новых регуляторных процессов, что приводит к развитию новых форм регуляции поведения. Однако сложно согласиться с тем, что психологические процессы являются следствием только кибернетической регуляции.

Помимо предложенного Р. Лазарусом и С. Фолькман разделения копинга на сфокусированный на проблеме и на эмоциях, существуют и другие варианты типов копинг-поведения. Л. Перлин и соавторы описывают следующие три варианта копинг-поведения.

1. Копинг, направленный на стимул. Он направлен на устранение или смягчение первопричины стресса (его триггера – пускового механизма). В качестве примера авторы приводят тушение огня во время пожара на кухне.

2. Копинг, направленный на эмоциональный ответ. В данном случае совладание со стрессом направлено прежде всего на редукцию эмоционального напряжения. В то же время авторы не исключают, что данных копинг может быть направлен и на какие-либо другие грани эмоционального ответа. В качестве примера приводится использование физических упражнений, медитации, аутогенной тренировки с целью снижения или устранения эмоционального напряжения.

3. Копинг, направленный на оценку. Он включает в себя различные когнитивные копинг-механизмы. Личность совладает со стрессором путем изменения восприятия или оценки угрозы. Человек может пытаться не задерживать свое внимание на проблеме, снижать значимость для себя тех или иных стрессовых ситуаций. Данный вид копинга включает и такие традиционные механизмы психологической защиты как отрицание и регрессия.

Лонгитудинальное исследование развития личности в детстве позволило Г. Мэрфи и С. Мориарти выделить два вида копинга, именуемых авторами «копинг-1» и «копинг-2». Копинг-1 характеризуется активным разрешением проблем и использованием удобных случаев для достижения эффективности ответа на требования среды. При использовании копинга-2 особое значение имеет внутреннее равновесие и баланс, мобилизация ресурсов для поддержания внутренней интеграции под воздействием стресса. Г. Мэрфи определяет копинг, как определенные попытки совладания с новой ситуацией, которая является потенциально угрожающей, вызывающей или приносящей удовольствие.

Т. Вилсом и С. Шифманом предложено разделение копинга на антиципационный и восстановительный. Антиципационный копинг рассматривается как предвосхищаемый, предвидимый ответ на стрессовое событие, происхождение которого ожидается, как средство управления событиями, которые произойдут. Восстановительный копинг рассматривается как механизм, помогающий снова обрести психологическое равновесие после произошедших неприятных событий. Достаточно часто этот вид копинга может иметь дело с последствиями воздействия стресса.

Начиная с 70-х годов двадцатого столетия новая по тем временам концепция копинга успешно внедряется в исследования, касающиеся процессов семейной адаптации и семейного стресса. Семейный копинг определяется как управление стрессовых событий и ситуаций группой людей, объединенных семейными взаимоотношениями. Семейные копинг-ресурсы определяются как индивидуальные или групповые силы, включающие свое действие, в процессе преодоления стрессового события. Примером могут служить экономическая база, здоровье, интеллект, профессиональные или трудовые коммуникативные (интерперсональные) навыки, развитые социальные сети и социальная поддержка. Семейные ресурсы, следовательно, являются персональными, социальными, экономическими и физическими ценными качествами, которые члены семьи могут привлекать в ответ на простое стрессовое событие или комплекс стрессоров. Однако, наличие ресурсов само по себе не означает, что семья будет их эффективно использовать. Для этого необходимы развитые стратегии адаптационного поведения членов семьи и их согласованное (результирующее) использование. Каждых из членов семьи может иметь развитые индивидуальные копинг-ресурсы и копинг навыки, но не иметь развитой мотивации согласованного стратегического и тактического их использования или не уметь их использовать в семейной группе для решения семейных проблем и преодоления семейных стрессов.

Направления научно-практических исследований копинга, проводимых за рубежом, настолько разнообразны, что затруднительно определить сферы здоровья и болезни, где бы они ни проводились. Так приведенное в Голландии исследование взаимной связи агрессии, психологической защиты и копинг-поведения показало, что защитное поведение человека может иметь целью подавление агрессии, а также может усиливать агрессию и способствовать появлению жестокости как основного радикала межличностных отношений. У человека защитное поведение все же чаще заключается в перцептивных и когнитивных стратегиях, не связанных напрямую с агрессией. Авторами выделено два основных фактора совладающего поведения и два защитных фактора. Факторы совладающего поведения: фактическое овладение ситуацией и эмоционально-ориентированные стратегии. Факторы защитного поведения: когнитивная защита и защитная жестокость. Фактор защитной жестокости включает в себя гнев, насилие, а также такие психологические механизмы как проекция. Этот фактор тесно связан с агрессивным поведением и возникновением жестокости как основного радикала межличностных отношений.

Развитие концепции копинг-поведения в работах российских исследователей

Стремительный рост интереса к проблеме адаптации к требованиям социальной среды нашел свое отражение в работах российских исследователей, касающихся как взрослого, так и детского контингента.

В рамках концепции копинг-поведения В.А. Ташлыковым проведено исследование личностных механизмов совладания и защиты у больных неврозами с психосоматическими расстройствами.

В работе Р.К. Назырова установлено, что здоровые взрослые для совладания с трудностями используют поведенческие копинг-стратегии «сотрудничество», «отвлечение», когнитивные копинг-стратегии «активное избегание в мыслях», «фатализм» и эмоциональную копинг-стратегию «оптимизм». Копинг-поведение больных неврозами характеризуется использованием менее адаптивных копинг-стратегий «отрицания», «компенсации», «изоляции», отсутствием специфичности копинг-поведения в когнитивной сфере и частым использованием неадекватного копинг-поведения «самолюбование» в эмоциональной сфере.

Е.И. Чехлатый, исследуя личностную и межличностную конфликтность и копинг-поведение у больных неврозами и их динамику под влиянием групповой психотерапии приходит к следующим выводам. Больные неврозами значительно реже, чем здоровые люди используют адаптивные формы копинг-поведения, такие как «сотрудничество», «оптимизм», «обращение». Это относится, прежде всего, к эмоциональным и поведенческим механизмам совладания. Для мужчин, страдающих неврозами, в когнитивной сфере копинг-поведения достоверно чаще отмечены «проблемный анализ», а у женщин – «установка собственной ценности».

В исследовании Г.Я. Кошелевой изучено влияние субъективного контроля как личностного ресурса преодоления жизненных трудностей. Автор приходит к выводу, что следствием реакции личности на болезнь является нарушение саморегуляции своей деятельности, снижение уверенности в собственных силах и возможности контролировать разнообразные жизненные ситуации. Установка больных на снятие ответственности за исход всех жизненных событий и приписывание ее внешним факторам препятствует преодолению жизненных трудностей, ухудшает сопротивляемость, формирует чувство беспомощности, потребность в опеке.

Исследование эмоционально-поведенческой активности у больных разными формами ишемической болезни сердца, проведенное Н.Я. Притыкиной, определило четыре способа преодоления психотравмирующей ситуации больными ишемической болезнью сердца: 1) активное изменение ситуации (смена работы, отказ от нежелательных целей и действий и т.д.); 2) приспособление к ситуации, переориентация; 3) дискомфорт независимо от изменения ситуации; 4) сочетание разнонаправленных тенденций (гетероагрессивное эмоциональное реагирование, ориентированное на разрыв; выход из ситуации; отказ от решения или непродуктивное ее решение на поведенческом уровне).

Один из разделов работы В.В. Николаевой посвящен психологическим механизмам эффективного преодоления критической жизненной ситуации хронической соматической болезни детей и подростков. Психические средства совладания с болезнью по ее данным зависят от возраста больного ребенка, его ведущей деятельности. Не обладая достаточным жизненным опытом ребенок обнаруживает стремление получить помощь от взрослых. Последние, устанавливая определенные воспитательные отношения с ребенком, вызванные болезнью, могут препятствовать этому процессу… В подростковом возрасте наиболее часто используются следующие способы преодоления: отстранения от мира, аутизация, напряженная устремленность в будущее вопреки тяжелой болезни, фантазии как способ ухода от тяжелой реальности.

Стрессогенная ситуация, как отмечает Л.К. Китаев-Смык, предъявляет человеку требования, воспринимающиеся им либо как превосходящие его возможности, что ведет к дистрессу, либо как позволяющие реализовать свои возможности и благодаря этому достигнуть желаемых последствий. «Экстремальные ситуации, возникающие в жизни, могут оказывать на человека неблагоприятное влияние. Такие ситуации могут побуждать в нем потенциальные возможности, незаменимые в обычных не стрессогенных условиях».

Редакция

Мы в соцсетях